В моем деле появился новый свидетель

Курихин против Вилкова. В деле появился новый свидетель из РУБОП

Сегодня, 28 июля, на процессе «Курихин против Вилкова» на мировом судебном участке Фрунзенского района Саратова был допрошен новый свидетель, не фигурировавший во время первого рассмотрения дела судьей Артемом Григорашкиным, – Алексей Мурзов, бывший сотрудник МВД, ныне работающий шеф-редактором сайта «Общественное мнение».

На момент появления нового свидетеля защиты допрос его предшественника Антуана Касса не был завершен, но в тот день в суд он прийти не смог, и сторона защиты ходатайствовала о вызове нового свидетеля. Защитник подсудимого Андрей Еремин отметил, что Мурзов сможет рассказать об обстоятельствах, которые вменяются его подзащитному в вину. Сторона обвинения не возражала.

Алексея Мурзова пригласили в зал и попросили сообщить суду свои личные данные, в том числе – о месте работы. Тот ответил, что работает главным редактором на сайте «Общественное мнение» со 2 июля 2017 года (на сайте «ОМ» он обозначен как шеф-редактор – прим. ред.). Также он сообщил, что потерпевшего – депутата Сергея Курихина – знает как журналист, а второго потерпевшего, Михаила Завьялова, знает лично, так как работал с ним в региональном управлении по борьбе с организованной преступностью. О предъявленном журналисту Сергею Вилкову обвинении Мурзов знал из СМИ. Он был в курсе, что Вилкова обвиняет в клевете депутат облдумы Сергей Курихин.

«Знаю, что это было связано с давнишней публикацией в соцсетях неких оперативных сведений», – ответил на вопрос новый свидетель.

Мурзов рассказал, что работал в РУБОП с 1 февраля 1998 года по 11 июня 2001 года. Точно свою должность он не помнил, приблизительно обозначил ее как «оперуполномоченный по особо важным делам». Именно там он познакомился с Завьяловым, они были коллегами. Свидетель рассказал, что по работе знал и о составе саратовских банд 90-х годов прошлого века.

«В базе данных РУБОПа содержалось огромное количество информации о разных группировках, в том числе на учете РУБОПа состояло ОПС «Парковские», в состав которого входила ОПГ Мелкого. Сергей Курихин – дата рождения 13.02.1972 года – значился в этой базе данных как лидер ОПГ Мелкого», – рассказал он суду.

По словам свидетеля, его подразделение располагало собственной базой данных, она однозначно отличалась от базы данных главка. Впоследствии, увидев документы, похожие на материалы оперативных разработок, которые опубликовал Вилков, Мурзов не усомнился, что перед ним – отрывок базы данных РУБОПа.

«Я никогда не поверю, что это подделка. Там есть годы рождения, связи – то, что не выдумаешь», – подчеркнул он.

После вопросы свидетелю задал гособвинитель Андрей Склемин. Он спросил Мурзова, являлись ли сведения об оперативных разработках, которые тот ранее сообщил суду, секретными.

«Являлись, но сами по себе они не составляют государственную тайну», – ответил он.

Сотрудник прокуратуры уточнил, рассекречивались ли эти данные, а когда допрашиваемый ответил, что не знает, спросил, в связи с чем Мурзов их обнародует. Журналист обратил внимание суда, что говорит об известных ему вещах только теперь, выступая в зале суда.

«Я ни разу не позволил себе раскрыть государственную тайну, в том числе о методиках оперативно-разыскной деятельности. Но отмечу, что у меня была вторая форма допуска: особо секретный и секретный. После увольнения она была снята. На меня были наложены ограничения, которые снимаются спустя 5 лет. А прошло уже 16 лет», – рассказал свидетель.

Также Мурзов сообщил о случаях, когда организованные преступные группы снимаются с учета. Такое происходит, когда члены группы легализуют свою деятельность, начинают вести жизнь законопослушных граждан.

«Завьялов когда-либо получал 100 тысяч рублей от Курихина за закрытие дела?» – спросил Склемин, обращаясь к материалам обвинения.

«После увольнения я встречался с Михаилом Завьяловым, но о том, что он кому-либо что-то передавал, я не знаю», – ответил Мурзов.

Кроме того, он рассказал о своих связях с руководством медиахолдинга «ОМ». По его словам, директора холдинга Алексея Колобродова он знает с начала 1990-х годов, коммерческого директора Ольгу Чесакову – с 2009 года.

Серию вопросов свидетелю задал представитель потерпевшего Валерий Холоденко. Так, он несколько раз переформулировал вопрос, не является ли сегодняшняя дача показаний небескорыстной. Так, Холоденко спросил, почему свидетель раньше молчал о сведениях, о которых сегодня заявил суду. Мурзов ответил, что ему была безразлична эта история, к тому же он никогда не разглашал сведений, полученных на прежней работе.

«Ограничения всегда для меня существовали, и я не собирался распространять сведения о Курихине – ни как гражданин, ни как журналист. Ко мне никто не обращался по этому поводу. Недавно Вилков подошел и сказал: «Алексей, я слышал, ты в РУБОПе работал». – «Да, работал». – «Ты что-то можешь сказать по делу, которое по мне идет?» – «Вопросов нет, давай». У меня нет никаких интересов ни к Сергею Георгиевичу Курихину, ни к Вилкову. Претензий никаких вообще», – рассказал свидетель.

Несколько раз адвокат Холоденко задавал вопрос, почему Мурзов решил выступить свидетелем только после того, как его назначили шеф-редактором «Общественного мнения», и не является ли назначение платой за свидетельство. Судья Инга Свободникова последовательно отклонила все подобные вопросы.

Затем адвокат Холоденко сформулировал несколько вопросов об иных лицах, упоминавшихся в опубликованных Вилковым документах, и сообщил суду, что ему необходимо установить, действительно ли свидетель сведущ в истории саратовских банд. У адвоката возникло подозрение, что подробно он в состоянии рассказать только о якобы имевшей место причастности Курихина. Представитель потерпевшего спросил, знает ли свидетель фамилии Гвоздя и Щетины. Мурзов ответил, что знает Сергея Щетинина, известного под кличкой «Щетина».

«В опубликованных Вилковым бумагах указано, что Курихин был племянником Щетины. Это соответствует истине?» – спросил Холоденко.

«Такие данные изначально были, но я не знаю. Я не разработчик, я лично родственные связи не проверял», – ответил бывший силовик.

После этого Холоденко сформулировал серию вопросов о том, каким образом Мурзов, который был в конце 90-х юношей в возрасте чуть больше двадцати лет, получил допуск к архивным материалам РУБОП и секретной информации. Вопросы судья Инга Свободникова отклонила.

Не был отклонен вопрос, находила ли подтверждение изложенная в якобы «оперативных разработках» информация о Курихине.

«Если бы она нашла подтверждение, Сергей Курихин был бы привлечен к уголовной ответственности», – ответил свидетель.

Об угрозах, которые поступали в адрес редакции «ОМ» и отдельных сотрудников, Мурзов знал, но только со слов коллег, из их «эмоциональных рассказов».

Завершая допрос, адвокат Холоденко воскликнул: «Мне кажется, он выдает себя за другого человека! Я ни разу не слышал об информагентстве «Общественное мнение»!» В течение заседания Холоденко несколько раз возвращался к попытке определить место работы свидетеля и напоминал, что именно СМИ в статусе информагентства с названием бренда «Общественное мнение» не существует (сетевое издание «Общественное мнение» зарегистрировано в качестве СМИ 14 августа 2012 года – прим. ред.)

«Вопросов у сторон больше нет? Слава богу!» – подвела итог допроса судья. В течение заседания она не раз делала замечания адвокатам Еремину и Холоденко, которые, по ее мнению, выходили в своих заявлениях за рамки допустимого.

Однако перед завершением процессуального дня Холоденко еще раз взял слово и попросил свидетеля не уезжать из города, потому что он намеревается проанализировать его показания и, возможно, задаст дополнительные вопросы, что вызвало протест адвоката Андрея Еремина. Он напомнил, что Мурзов пользуется правами и свободами гражданина Российской Федерации, в том числе свободой передвижения, и никто его в этом праве не ограничивал.

В деле об убийстве Немцова появился новый свидетель

В деле об убийстве политика Бориса Немцова может появиться еще один свидетель, который, как считает следствие, объяснит, чем занимался в последние месяцы в Москве Заур Дадаев, обвиняемый в совершении преступления. Кроме того, оперативники, расследующие дело, установили личность человека, вооружившего участников громкого убийства.

Как рассказал “Коммерсанту” бывший сослуживец Заура Дадаева, он и Руслан Геремеев, бывший командир батальона “Север”, а также его приятель, перебрались в Москву за полгода до преступления, где, по всей видимости, занимались охраной чеченских чиновников или бизнесменов. С одним из них Заур Дадаев мог общаться довольно тесно, и тот мог быть в курсе его занятий в Москве. Однако, как уточняет издание, неизвестно, планирует ли следствие его опрашивать.

В то же время источник, близкий к следственной группе, сообщил “Коммерсанту”, что следствию известен возможный новый фигурант дела об убийстве Бориса Немцова. По его словам, СКР установил имя и фамилию человека, скрывающегося под прозвищем Руслик. Он, по показаниям Заура Дадаева, предоставил автомобиль ZAZ и пистолет для совершения преступления, а кроме того, пообещал по 5 млн рублей всем участникам акции. Последним организатор, а возможно, и заказчик убийства представлялся Русликом.

Имя и фамилия потенциального фигуранта уголовного дела пока не разглашаются, но известно, что он земляк обвиняемых. В розыск он не объявлен, поскольку следователи собирают другие доказательства его возможной причастности к преступлению.

При этом газета РБК 27 марта сообщала о неком Русике, который, по ее данным, также подозревается в передаче Дадаеву пистолета ПМ с патронами и автомобиля ZAZ Chance, на котором, по версии следствия, убийца скрылся с места преступления. Русик, которого упоминал Дадаев, по данным другого фигуранта по делу Темирлана Эскерханова, был водителем у Руслана Геремеева. При этом, как уточняет РБК, сам Дадаев утверждает, что познакомился с Русиком случайно – в торговом центре “Европейский”.

Кроме того, следователи установили, что именно на квартире Геремеевых на улице Веерной в московском районе Матвеевское Дадаев находился непосредственно после убийства Немцова. Квартира, по данным следствия, принадлежит Артуру Геремееву, состоящему с Русланом в дальних родственных отношениях.

Стоит отметить, что на днях Руслан Геремеев был допрошен на территории Чечни в качестве свидетеля, однако подробности в СКР сообщать отказались. В свою очередь, “Кавказский узел” уточняет, что даже после проведенного допроса Геремеева в Чечне дома его родственников по-прежнему находятся под усиленной охраной.

Читайте также:  Как снять судебное заседание на камеру, как это осуществить

“В село Джалка простому смертному попасть проблематично: все подъезды к селу охраняются. Нужно ехать туда или с авторитетным сопровождающим или же, если едешь, например, на похороны, знать адрес и данные конкретной семьи. Дома, где живут родные Геремеевых, Адама Делимханова (депутат Госдумы России и советник главы Чечни Рамзана Кадырова. – Прим. NEWSru.com) и Дукувахи Абдурахманова (спикер парламента Чеченской Республики. – Прим. NEWSru.com) также находятся под усиленной охраной”, – заявила жительница Грозного “Кавказскому узлу”.

“Братья Делимхановы – Адам, Алибек, командир спецполка внутренних войск МВД (бывший батальон “Север”), Шарип, командир так называемого нефтяного полка МВД, – приходятся Геремееву дядями”, – сообщил источник “Кавказского узла” на условиях анонимности. В то же время 23 марта стало известно о награждении начальника ОВД по Шелковскому району Вахи Геремеева, близкого родственника Руслана Геремеева, высшей наградой республики – орденом Ахмата Кадырова.

Адвокат семьи Немцова: “Среди фигурантов нет ни организаторов, ни заказчиков преступления”

Адвокат семьи Немцова Вадим Прохоров в интервью “Коммерсанту” заявил, что среди задержанных по делу об убийстве Бориса Немцова нет ни организаторов, ни заказчиков преступления.

“Что касается появления новых подозреваемых, которые, возможно, скоро станут обвиняемыми, это абсолютно логично, я с самого начала говорил, что среди задержанных по их, соответственно, данным и не сильно высокому полету, скажем так мягко, явно я не видел ни организаторов, ни тем более заказчиков данного преступления”, – заявил Вадим Прохоров.

Кроме того, по его словам, информация о религиозных мотивах преступления, которая появилась в СМИ, не соответствует действительности. “По моей информации, те лица, которые в настоящий момент задержаны и являются обвиняемыми, они проходят по соответствующему пункту статьи 105, то есть это убийство, совершенное по заказу, именно по найму. Вот эта информация, которая появилась о религиозных мотивах, о переквалификации, опять же по моим данным, в отношении задержанных, она не соответствует действительности”, – сказал адвокат.

В деле Романа Зенищева может появиться новый свидетель

Бывший мэр Сыктывкара Роман Зенищев до сих пор пытается добиться лучшей для себя участи. Сейчас он хочет обжаловать приговор Сыктывкарского городского суда в Верховном суде РК. Сегодня прошло очередное заседание. Напомним, что городской суд назначил экс-градоначальнику столицы Коми 10,5 лет лишения свободы в колонии строгого режима, 1,5 миллиона рублей штрафа и конфискацию имущества стоимостью более 13 миллионов рублей.

Заседание началось с жалобы адвоката Антона Косырева на ошибки в протоколе судебного заседания:

— Мы считаем, что судом первой инстанции при составлении протокола были допущены фундаментальные ошибки, которые повлияли на результаты рассмотрения дела. В частности, в протоколе записан следующий ответ свидетеля Сергея Ичаева на вопрос о проведении конкурса по внутригородским маршрутам: «Нет, я его не готовил. Его готовили Москвин и Сидоров . Я был секретарем». Его показания были искажены, и в протоколе судебного заседания были зафиксированы неверно. Более того, информация, которая отражена в протоколе, разнится с материалами уголовного дела, в частности с показаниями самого Сергея Ичаева. Ответ Ичаева был таким: «Первый конкурс был проведен без моего участия. Конкурс на 30 маршрутов я не готовил. Возможно, его готовили Сидоров и Москвин».

Защитник также заметил, что свидетель был трудоустроен уже после проведения первого конкурса. Кроме того, адвокат сказал об искажении показаний целого ряда свидетельских показаний, например, речи Николая Шлопова и Валерия Веселова:

— В ходе судебного заседания свидетели давали предположительные ответы. Но суд фиксировал их как утвердительные.

Верховный суд не нашел это основание достаточным для отмены постановления городского суда.

На следующей «ступени» апелляционных жалоб защитники экс-мэра настаивали на том, что его вина не была доказана. Они отметили, что когда проводился конкурс на место городского автобусного перевозчика, в этой сфере царил хаос, — суд первой инстанции это не учел. Другим доводом защиты стали несостыковки в показаниях важных свидетелей: самыми слабыми, по мнению юристов, были данные Николая Шлопова. Ещё адвокаты заострили внимание на том, у их подзащитного были неприязненные отношения с Вячеславом Гайзером, Валерием Веселовым, Александром Зарубиным , Юрием Бондаренко (их показания сильно повлияли на вердикт городского суда).

Верховный суд посчитал и эту жалобу необоснованной. Далее началось рассмотрение других ходатайств. Правозащитники попросили о повторном исследовании явок с повинной Антона Фаерштейна и Валерия Веселова. Они акцентировали внимание на том, что эти документы почти идентичны по содержанию и имеют одни и те же орфографические и фактические ошибки.

Обратите внимание, пожалуйста, на то, что в деле есть только копии. Оригиналы явок нам не давали. Несмотря на то, что эти документы были составлены одним и тем же следователем, в одном и том же кабинете, в одно и то же время, у них разный шрифт и разный кегль — это видно невооруженным глазом, выступил Роман Зенищев.

Ещё бывший глава сыктывкарской мэрии отправил в число ненадежных доказательств приложение к протоколу допроса Шлопова. В нем содержится таблица с указанием дат и сумм взяток, якобы выплаченных Роману Зенищеву:

— Николай Шлопов постоянно менял информацию о том, откуда была взята эта таблица. Он не смог точно объяснить, что какие цифры являются числами, какие — датами, заявил подсудимый.

После этого Роман Зенищев затронул ещё одно, по его мнению, смутное доказательство:

В материалы уголовного дела входит так называемая запись разговора под названием «Совещание ЗАО РК», на которой есть голоса Александра Зарубина, Александра Чернова, Вячеслава Гайзера, Игоря Кудинова и Антона Фаерштейна. Запись состоит из двух частей, на втором файле, на 47 минуте слышны элементы монтажа. Свидетель записывал этот разговор на цифровой диктофон. Никаких врезок, разделения, он не делал, — так предварил ходатайство об изучении записи и запросе её оригинала фигурант дела.

В итоге, все ходатайства (о рассмотрении явок с повинной, приложения-таблицы к протоколу допроса Шлопова и записи разговора, а также запросе оригинала) были отклонены судом.

Зато следующее ходатайство — о повторном допросе Сергея Ичаева и допросе Николая Апанасевича — было частично удовлетворено. Сергея Ичаева допрашивать ещё раз не будут, но в зал Верховного суда вызовут Николая Апанасевича, который был руководителем ООО «Автоконтроль». Его допрашивали во время предварительного следствия, он фигурировал как свидетель обвинения, однако в суд не пришел. В городском суде это объяснили тем, что его невозможно найти, после отбывания срока экс-глава “Автоконтроль” исчез. Сторона защиты настаивает на том, что он может объяснить происхождение денег для отката экс-градоначальнику.

На следующем заседании адвокаты планируют ходатайствовать о проведении сравнительно-лингвистической экспертизы. Правозащитники хотят выяснить, сами ли Валерий Веселов и Антон Фаерштейн писали свои явки с повинной. Суд рассмотрит данное ходатайство 5 февраля.

В деле Савченко появился новый свидетель

Ukraina armee leitnant Nadežda Savtšenkot enne kohtuotsuse väljakuulutamist 21. märtsil Rostovi oblasti Donetski linnakohtus. 22. märtsil mõistis kohus ta 22 aastaks vangi osalemise eest kahe Vene ajakirjaniku tapmises Ida-Ukrainas.

Что может связывать гражданина Эстонии Владимира Полякова, которого Украина хочет судить за участие в военных действиях на Донбассе на стороне сепаратистов, приговоренную к 22 годам колонии лейтенанта украинской армии Надежду Савченко и погибших тележурналистов Игоря Корнелюка и Антона Волошина?

Судьбоносным для них стало то, что они оказались 17 июня 2014 года не в том месте и не в то время, пишет Postimees.

Российский суд признал виновной украинскую военнослужащую в причастности к гибели в 2014 году двух российских журналистов в Луганской области Украины. Следствие утверждало, что Надежда Савченко корректировала огонь артиллерии, под которым погибли россияне. Отмечается, что в момент обстрела рядом с журналистами находился именно Поляков. Звукорежиссер Волошин погиб на месте, а его коллега Корнелюк через полчаса скончался в больнице от полученных ранений. Полякову повезло больше — он отделался несколькими ранами и отправился на лечение обратно в Эстонию.

«Володя пошел вывести гражданских из-под обстрела к Луганску, журналисты увязываются за ним. Он их предупреждает: «Не надо сюда идти, не надо вылезать, снимайте из-за „амфибий“», но они тянутся за ним, и в это время по корректировке снайперов миномет накрывает Володю и журналистов. Журналисты насмерть, а у Вовки несколько осколков».

Это отрывок интервью, опубликованного порталом «Медуза».

Боец ЛНР с позывным «Илим» утверждает, что он лично брал украинскую военнослужащую Надежду Савченко в плен и после этого доставил ее в Луганск. В интервью специальному корреспонденту «Медузы» Илье Азару «Илим» подтвердил главный довод адвокатов Савченко о невиновности их клиентки: боец утверждает, что она была взята в плен до полудня 17 июня 2014 года, то есть до обстрела поселка Металлист, в результате которого погибли журналисты ВГТРК.

В беседе с журналистом «Илим» упоминает некого Володю из Прибалтики. «У него позывной «Француз», он ростом за два метра, и его ни с кем не перепутаешь, когда он идет. После обстрела у него застрял в позвоночнике осколок, ему пришлось выехать домой, в Прибалтику. Сейчас ему там дали 15 лет», – отметил он. Вполне вероятно, что речь шла о гражданине Эстонии Владимире Полякове.

35-летний житель столичного района Ласнамяэ Владимир Поляков вполне подпадает под описание. По информации Postimees, мужчина действительно очень высокого роста. Получив ранение на Донбассе, отправился в Эстонию. В молодости Поляков служил во Французском иностранном легионе. Отсюда, возможно, и позывной «Француз».

Правда, слова «Илима», что Полякову дали 15 лет тюрьмы не соответствуют действительности. Его задержали в Эстонии по просьбе украинской прокуратуры. В настоящее время он находится в Вируской тюрьме. В начале этого года Таллиннский административный суд отказал в выдаче Полякова Украине. Теперь он дожидается решения правительства.

Адвокат Полякова Свен Силлар сообщил Postimees, что нельзя точно сказать, что речь действительно идет о Владимире Полякове.

«Он на самом деле был ранен. Год назад мы говорили на эту тему. Если я правильно помню, он упоминал, что находился рядом с погибшими журналистами в момент обстрела, – сказал Силлар. – Вполне возможно, что отчасти эта история правдива».

Читайте также:  Какие законы регулируют развод

Полиция безопасности на располагает информацией об участии Полякова в упомянутых ранее событиях.

По словам «Илима», он видел человека, которого называет Володей, после того, как отвез задержанную Савченко в Луганск. «Это я ее взял и я ее лично передал Плотницкому (позже стал главой ЛНР — прим. ред.). Мы в этот момент уже с ней проехали на «Зарю»», – отметил он.

Полученная «Медузой» информация подтверждает слова адвокатов Савченко, утверждавших, что их подзащитная не отвечала за наведение огня.

По информации Postimees, Поляков не отрицает, что в 2014 году находился в регионах Луганской области, находившихся под контролем сепаратистов. В Полиции безопасности он заявил, что не участвовал в военных действиях, а был переводчиком при общении миротворцев ОБСЕ и сепаратистов, так как он хорошо владеет как английским, так и французскими языками.

С другой стороны, по словам «Илима», у Полякова был позывной для общения по рации, что не свойственно гражданским.

17 июня стало известно о бое батальона Айдар с сепаратистами возле Луганска, который привел к большим потерям с обеих сторон. Вместе с бойцами Айдара на месте находилась Надежда Савченко.

Во время минометного обстрела погибли журналисты ВГТРК Антон Волошин и Игорь Корнелюк.

В деле Савченко появился новый свидетель

Ukraina armee leitnant Nadežda Savtšenkot enne kohtuotsuse väljakuulutamist 21. märtsil Rostovi oblasti Donetski linnakohtus. 22. märtsil mõistis kohus ta 22 aastaks vangi osalemise eest kahe Vene ajakirjaniku tapmises Ida-Ukrainas.

Что может связывать гражданина Эстонии Владимира Полякова, которого Украина хочет судить за участие в военных действиях на Донбассе на стороне сепаратистов, приговоренную к 22 годам колонии лейтенанта украинской армии Надежду Савченко и погибших тележурналистов Игоря Корнелюка и Антона Волошина?

Судьбоносным для них стало то, что они оказались 17 июня 2014 года не в том месте и не в то время, пишет Postimees.

Российский суд признал виновной украинскую военнослужащую в причастности к гибели в 2014 году двух российских журналистов в Луганской области Украины. Следствие утверждало, что Надежда Савченко корректировала огонь артиллерии, под которым погибли россияне. Отмечается, что в момент обстрела рядом с журналистами находился именно Поляков. Звукорежиссер Волошин погиб на месте, а его коллега Корнелюк через полчаса скончался в больнице от полученных ранений. Полякову повезло больше — он отделался несколькими ранами и отправился на лечение обратно в Эстонию.

«Володя пошел вывести гражданских из-под обстрела к Луганску, журналисты увязываются за ним. Он их предупреждает: «Не надо сюда идти, не надо вылезать, снимайте из-за „амфибий“», но они тянутся за ним, и в это время по корректировке снайперов миномет накрывает Володю и журналистов. Журналисты насмерть, а у Вовки несколько осколков».

Это отрывок интервью, опубликованного порталом «Медуза».

Боец ЛНР с позывным «Илим» утверждает, что он лично брал украинскую военнослужащую Надежду Савченко в плен и после этого доставил ее в Луганск. В интервью специальному корреспонденту «Медузы» Илье Азару «Илим» подтвердил главный довод адвокатов Савченко о невиновности их клиентки: боец утверждает, что она была взята в плен до полудня 17 июня 2014 года, то есть до обстрела поселка Металлист, в результате которого погибли журналисты ВГТРК.

В беседе с журналистом «Илим» упоминает некого Володю из Прибалтики. «У него позывной «Француз», он ростом за два метра, и его ни с кем не перепутаешь, когда он идет. После обстрела у него застрял в позвоночнике осколок, ему пришлось выехать домой, в Прибалтику. Сейчас ему там дали 15 лет», – отметил он. Вполне вероятно, что речь шла о гражданине Эстонии Владимире Полякове.

35-летний житель столичного района Ласнамяэ Владимир Поляков вполне подпадает под описание. По информации Postimees, мужчина действительно очень высокого роста. Получив ранение на Донбассе, отправился в Эстонию. В молодости Поляков служил во Французском иностранном легионе. Отсюда, возможно, и позывной «Француз».

Правда, слова «Илима», что Полякову дали 15 лет тюрьмы не соответствуют действительности. Его задержали в Эстонии по просьбе украинской прокуратуры. В настоящее время он находится в Вируской тюрьме. В начале этого года Таллиннский административный суд отказал в выдаче Полякова Украине. Теперь он дожидается решения правительства.

Адвокат Полякова Свен Силлар сообщил Postimees, что нельзя точно сказать, что речь действительно идет о Владимире Полякове.

«Он на самом деле был ранен. Год назад мы говорили на эту тему. Если я правильно помню, он упоминал, что находился рядом с погибшими журналистами в момент обстрела, – сказал Силлар. – Вполне возможно, что отчасти эта история правдива».

Полиция безопасности на располагает информацией об участии Полякова в упомянутых ранее событиях.

По словам «Илима», он видел человека, которого называет Володей, после того, как отвез задержанную Савченко в Луганск. «Это я ее взял и я ее лично передал Плотницкому (позже стал главой ЛНР — прим. ред.). Мы в этот момент уже с ней проехали на «Зарю»», – отметил он.

Полученная «Медузой» информация подтверждает слова адвокатов Савченко, утверждавших, что их подзащитная не отвечала за наведение огня.

По информации Postimees, Поляков не отрицает, что в 2014 году находился в регионах Луганской области, находившихся под контролем сепаратистов. В Полиции безопасности он заявил, что не участвовал в военных действиях, а был переводчиком при общении миротворцев ОБСЕ и сепаратистов, так как он хорошо владеет как английским, так и французскими языками.

С другой стороны, по словам «Илима», у Полякова был позывной для общения по рации, что не свойственно гражданским.

17 июня стало известно о бое батальона Айдар с сепаратистами возле Луганска, который привел к большим потерям с обеих сторон. Вместе с бойцами Айдара на месте находилась Надежда Савченко.

Во время минометного обстрела погибли журналисты ВГТРК Антон Волошин и Игорь Корнелюк.

Приподнять завесу тайны: как засекречивают участников уголовного процесса

Меры защиты предоставляются тем, кто помогает в расследовании преступлений, если им при этом угрожают. Самый популярный прием – засекречивание. В этом случае следователь (дознаватель, прокурор, суд) выносит постановление о сохранении в тайне данных о личности (фамилии, имени, отчества, места и даты рождения), которое упаковывает в конверт, опечатывает и в таком виде приобщает к делу. Вскрыть конверт может только лицо, засекретившее участника процесса, и суд – для всех остальных данные должны быть недоступны.

Основания для засекречивания

Применение мер защиты часто вызвано страхом мести. Одним из самых известных случаев засекречивания свидетелей было дело организованной преступной группировки “Хади Такташ”. Обвинение строилось лишь на показаниях киллера этой ОПГ, который в дальнейшем полностью отказался от них. Поскольку другие свидетели, опасаясь расправы со стороны оставшихся на свободе членов банды, не соглашались давать показания, следователи были вынуждены обеспечить их полную конфиденциальность. “Чтобы добиться этого, стражи порядка натягивали простыню в дверных проемах своих кабинетов, надевали на очевидцев преступлений вязаные балаклавы и наносили им на лица профессиональный грим. Несмотря на беспрецедентные меры безопасности, всех свидетелей уберечь не удалось. И в ходе следствия, и во время процесса при невыясненных обстоятельствах погибли несколько человек, дававших показания против лидера “Хади Такташ”, – рассказал руководитель Уголовно-правовой практики АБ “А-ПРО” Валерий Волох.

Засекречивание также нужно осужденным, которые оказывают помощь в расследовании преступлений. “Поскольку в среде осужденных не принято содействовать правоохранительным органам и суду, таких лиц преследуют по негласным законам тюрем, применяя к ним насилие вплоть до реальной угрозы жизни”, – сообщил Волох. Еще одной причиной соблюдения конфиденциальности может являться занимаемая лицом должность. “К примеру, разглашение сведений о личности оперативного сотрудника МВД, ФСБ или иного органа, являющегося свидетелем по уголовному делу, вне всякого сомнения поставит под удар его дальнейшее участие в таких оперативно-разыскных мероприятиях, как проверочная закупка, оперативное внедрение и контролируемая поставка. Кроме того, оперативному сотруднику и сотруднику Службы внешней разведки могут угрожать представители криминального мира и зарубежные спецслужбы”, – добавил Волох.

Засекречивание происходит только при возникновении у лица реальных опасений за свою жизнь и здоровье, а также жизнь и здоровье близких – например, при получении им записок или сообщений с угрозами. “Однако нередки случаи, когда следователь засекречивает данные по собственной инициативе. При этом он не всегда желает обезопасить участника уголовного судопроизводства – иногда следователь просто злоупотребляет теми ограничениями, которые появляются в связи с невозможностью разглашения данных допрашиваемого лица”, – рассказал адвокат партнер АБ “ЗКС” Сергей Малюкин. Существование такой порочной практики подтвердил экс-следователь ГСУ СК России по г. Москве адвокат АБ “Забейда и партнеры” Артём Юдин: “По одному из уголовных дел, находившемуся в производстве СЧ ГСУ ГУ МВД России по г. Москве, свидетель был засекречен. Следователь провел с ним порядка 2–3 допросов и опознаний. Обвиняемые и защитник узнали об этом только в ходе ознакомления с материалами уголовного дела (ст. 217 УПК). В ходатайстве о проведении очных ставок между засекреченным свидетелем и обвиняемыми следователь отказал. При этом основные доводы обвинения строились лишь на показаниях засекреченного свидетеля – кроме этих показаний вина обвиняемых ничем не подтверждалась. Все последующие действия следователя строились таким образом, чтобы хоть как-то подтвердить эти показания и ни в коем случае не опровергнуть их. С учетом того, что засекреченного свидетеля никто не видел, с большой долей вероятности можно предположить, что следствие преднамеренно совершило такой ход и в действительности засекреченный свидетель мог выступать подставным лицом”.

Даже если участнику процесса действительно угрожает опасность, его засекречивание не всегда имеет смысл. “Не представляется возможным засекретить лицо на стадии возбуждения уголовного дела, так как заявление о преступлении подписывается заявителем (ч. 2–3 ст. 141 УПК)”, – сообщил Юдин. Он также отметил: проблемы возникают, когда участник уголовного процесса сначала был допрошен под его настоящими анкетными данными, а после этого в его адрес стали поступать угрозы. “Как показывает практика, засекречивание потерпевших не всегда приводит к окончательной цели и бывает результативным. Оно имеет смысл, лишь когда до инцидента подсудимый и потерпевший знакомы не были. Засекречивание свидетелей более эффективно, так как их круг может быть неограничен, а сведения о каждом из них не всегда известны подсудимому”, – отметил управляющий партнёр АК “Бородин и Партнёры” Сергей Бородин.

Читайте также:  Как заставить мужа заплатить долг по алиментам

“Засекречивание участника процесса – важный институт уголовно-процессуального права. Правоохранительные органы должны весьма ответственно относиться к соблюдению режима конфиденциальности в отношении таких лиц, ведь они зачастую передают бесценные сведения о готовящемся или совершенном преступлении, рискую собственной жизнью и жизнью своих близких”.

Валерий Волох, руководитель Уголовно-правовой практики АБ “А-ПРО”

Порядок засекречивания

Процессуальные действия с засекреченными лицами проводятся несколько иначе:

  • таким лицам присваивается псевдоним, впоследствии используемый во всех процессуальных документах. “Ограничений на использование псевдонимов нет, поэтому на практике участниками уголовного производства часто становятся люди с анкетными данными героев кино, актеров, музыкантов и политиков”, – рассказал Малюкин. При этом личность анонима может удостоверить только судья;
  • лица, подлинные данные которых изменены, подписывают все документы новым образцом подписи;
  • допрос, очная ставка и опознание с участием засекреченных лиц проходят в условиях, исключающих визуальное наблюдение и с использованием технических средств, изменяющих голос. Например, мобильная версия системы для анонимного допроса свидетелей “Фемида” представляет собой два ноутбука, устройство для изменения голоса и веб-камеру для того, чтобы аноним мог видеть происходящее в зале, а его – нет;
  • все постановления, в которых фигурирует засекреченное лицо, оглашаются лишь частично – чтобы из содержания документа нельзя было установить личность анонима;
  • вопросы, ответы на которые могут раскрыть данные о засекреченном лице, во время допроса не задаются (а при их постановке снимаются судом). Обычно у такого лица лишь выясняется, знаком ли он с подсудимым и не испытывает ли к нему неприязненного отношения;
  • сведения, сообщенные анонимным лицом, который не может указать источник своей осведомленности (или ссылается на слухи, догадки и предположения), признаются недопустимыми доказательствами (п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК);
  • подписку об уголовной ответственности за заведомо ложные показания или отказ от дачи показаний у засекреченного лица отбирает судья, а не секретарь судебного заседания;
  • данные о засекреченных свидетелях могут быть раскрыты только по решению суда после заявления сторонами обоснованного ходатайства (ч. 6 ст. 278 УПК).

Когда засекречивания недостаточно, то могут применить переселение, замену документов, изменение внешности. “Активно применяется легендирование – лицу выдаются новые документы об образовании, опыте работы, предыдущем месте жительства”, – рассказал адвокат АБ “Юсланд” Илья Журавков. Однако такие меры безопасности осуществляются только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях в рамках закона “О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства” (119-ФЗ).

Проблемы засекречивания

Эксперты отметили: на практике защите засекреченного лица часто мешает плохое материально-техническое обеспечение следователей и судов. “Не во всех судах есть специально оборудованные помещения и возможность обеспечить аудиосвязь между ним и залом суда. Кроме того, доставить, сопроводить и конвоировать засекреченных лиц в изоляции довольно сложно, особенно когда уголовные дела рассматриваются в судах длительное время”, – уверен Журавков. “В некоторых залах судебных заседаний (особенно в регионах) нет устройства, позволяющего изменить голос, и отдельной комнаты. В связи с этим приходится идти на разнообразные ухищрения, чтобы обеспечить анонимность и не вступить в противоречие с нормами УПК. К примеру, иногда свидетелей доставляют в суд в тонированных автомобилях, с надетыми масками и балахонами, а затем допрашивают в цокольном этаже здания. При этом судья собирает вопросы в письменном виде, спускается к анониму и задает их. Затем возвращается в зал, оглашает ответы и предоставляет возможность сторонам задать дополнительные вопросы”, – рассказал Волох.

Порой проблемой становится человеческий фактор. “При передаче объемного уголовного дела от одного следователя к другому круг лиц, осведомленных об анониме, заметно расширяется, и вероятность утечки информации возрастает. Бывает, суды не желают допрашивать засекреченное лицо в связи с техническими сложностями и незаурядностью допроса и ограничиваются оглашением показаний, данных в ходе предварительного следствия”, – рассказал Бородин. “Иногда судьи просто удаляют подсудимого и его защитника из зала на время допроса засекреченного лица. Я считаю, что это влияет на справедливость судебного разбирательства. Право подсудимого задать вопросы свидетелю, который дает против него показания, – важный элемент в достижении объективной истины. Тем более, что сторона защиты о показаниях такого свидетеля может узнать лишь из протокола судебного заседания”, – считает старший юрист АБ “Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры” Андрей Тузов.

По мнению экспертов, используемые для работы с засекреченными лицами меры не всегда обеспечивают их безопасность. “В моей практике было несколько уголовных дел экономической направленности, в которых засекречивались анкетные данные свидетелей. Но от этого правоохранительные органы не получили должного эффекта: в показаниях свидетелей содержалась информация, доступ к которой в компании был ограничен. Соответственно, всем было очевидно, кто эти свидетели”, – поделилась юрист Практики уголовно-правовой защиты бизнеса Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP адвокат Анжела Гламаздина. “Почти в каждом уголовном деле, рассматриваемом с участием адвокатов нашего бюро, на стадии предварительного расследования имеется свидетель под псевдонимом. При этом следователь в ходе допроса такого свидетеля в основном выполняет лишь формальные требования, и, исходя из анализа показаний этого свидетеля, о нем можно многое понять. Еще были случаи, когда конверт с постановлением следователя об использовании псевдонима вместе с другими материалами уголовного дела предъявлялся стороне защиты для ознакомления”, – рассказал управляющий партнер АБ “Коблев и партнеры” Руслан Коблев.

“Сложность расследования и рассмотрения уголовных дел с участием лиц, данные о которых скрыты, заключается в финансировании, профессионализме сотрудников, а также больших временных затратах на производство указанных мероприятий”.

Илья Журавков, адвокат АБ “Юсланд”

Правовое регулирование

Все меры защиты применяются к участникам уголовного процесса либо на основании УПК, либо на основании 119-ФЗ. По УПК они длятся столько же, сколько длится расследование и рассмотрение дела; при этом применяет такие меры следователь и дознаватель по отношению к потерпевшему, его представителю, свидетелю (ч. 9 ст. 166, ч. 2 ст. 186, ч. 8 ст. 193, п. 4 ч. 2 ст. 241, ч. 5 ст. 278 УПК).

По 119-ФЗ меры защиты действуют до тех пор, пока не отпадут соответствующие основания (в том числе после постановления приговора, применения принудительных мер медицинского характера, вынесения постановления об освобождении от уголовной ответственности или наказания). При этом они распространяются на более широкий круг лиц:

  • потерпевшего;
  • свидетеля;
  • частного обвинителя;
  • подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, их защитников и законных представителей, осужденного, оправданного, а также лиц, в отношении которых уголовное дело либо уголовное преследование было прекращено;
  • эксперта, специалиста, переводчика, понятого, а также участвующих в уголовном судопроизводстве педагога и психолога;
  • гражданского истца, гражданского ответчика;
  • законных представителей, представителей потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и частного обвинителя (ст. 2 119-ФЗ).

По мнению Журавкова, наряду с другими субъектами госзащиты целесообразно законодательно закрепить присяжных заседателей. Сейчас присяжные находятся под защитой судебных приставов только в здании суда.

Иностранный опыт

ЕСПЧ неоднократно высказывался, что засекречивание свидетелей является исключительной мерой и применяется только в случае, когда другие меры не могут обеспечить безопасность подлежащего защите лица (например, дело “Доорсон против Нидерландов” и дело “Ван Мехелен и др. против Нидерландов”). Это обусловлено требованиями Европейской Конвенции по правам человека – в ней закреплено право обвиняемого на допрос показывающих против него лиц (п. “d” ч. 3 ст. 6 Конвенции). Совет Европы даже принял рекомендацию № R (2005) “О защите свидетелей и лиц, сотрудничающих с правосудием”, согласно которой причины применения меры безопасности к участнику уголовного процесса должны быть исключительными (т. е. серьезная угроза жизни). По словам Журавкова, в Бельгии и Италии меры защиты применяются при расследовании специфических преступлений (о наркотиках, деятельности мафии, умышленных убийствах), а также преступлений, наказание за которые составляет от 5 до 20 лет лишения свободы. В Румынии засекречивание применяется только по исчерпывающему списку преступлений, в Литве – по тяжким преступлениям, в Венгрии – в отношении организованной преступности, в Словакии и Словении совершенное преступление при применении мер защиты роли не играет.

В странах ближнего зарубежья институт засекреченных участников уголовного производства является более востребованным. “В Казахстане одной из мер безопасности лица, участвующего в уголовном процессе, является ограничение доступа к сведениям о нем. Такое ограничение очень похоже на то, что есть в России: только там анкетные данные анонима хранятся отдельно от основного производства”, – рассказал Юдин. Ст. 172 УПК Республики Таджикистан предусмотрено: при наличии оснований полагать, что необходимо обеспечить безопасность потерпевшего, его представителя, свидетеля и членов их семей, следователь вправе не приводить данные об их личности в протоколе.

В США программа по защите свидетелей “Organized crime control act” действует уже более 40 лет и применяется во время сложных судебных процессов. По словам Волоха, засекреченного свидетеля в США могут доставить в суд на вертолете, в почтовом грузовике или рыбацкой лодке. “Однажды в целях отвлечения внимания маршалы создавали картинку, будто бы свидетеля перевозят в суд на броневике с полным конвоем, в то время как настоящий свидетель прибыл на скромном такси и зашел в здание суда через боковую дверь. Подобные меры весьма окупаемы. С момента создания программы (1970 год) в 89% случаев свидетели были защищены и дали в суде требуемые показания. В результате их свидетельств было осуждено более чем 10 000 особо опасных преступников. После принятия свидетеля в программу служба судебных маршалов создает ему новую личность и выбирает новое место жительства”, – сообщил Волох.

“Участвуя в делах с такими особенными свидетелями, защитнику нужно быть максимально внимательным, исследуя основания засекречивания и показания этих лиц. За использованием засекреченного лица может скрываться не только неполнота и недоказанность обвинения, но и фальсификация доказательств по делу”.

Сергей Бородин, управляющий партнёр АК “Бородин и Партнёры”

Ссылка на основную публикацию